Очередную серию публичных дискуссий эксперты решили посвятить транспорту. По их мнению, сейчас эта территория выполняет единственную функцию: транзитную. Она важна для логистики, но не может быть городским центром.

«Всё центральное ядро города озеленено, благоустроено, но, к сожалению, пусто. То есть там ничего нет, людей там нет. Сегодня у нас не центральное ядро, не центральная площадь, а некая транзитная территория, мимо которой мы все проезжаем, где нет никакой активной жизни. Сегодня в центральном ядре города только Кафедральный собор на острове Канта, который очень популярен, активно посещается туристами, и больше ничего», — отметил глава регионального союза архитекторов Игорь Ли.

По его словам, все предыдущие этапы рассматривали в основном компактный участок: Королевскую гору, место замка и Дом Советов. Делали не думая о транспорте, который в последние десятилетия активно развивался. Изменения, по мнению экспертов, должны коснуться более обширного участка городской территории: от ул. Старопрегольской до Шевченко и Виктора Гюго, до Октябрьской и Зарайской. Начинать же нужно с транспорта, «потому что это основа, вокруг которой возникает всё остальное».

Историк архитектуры Олег Васютин напомнил, что функцию центра меняли градостроительные решения, принимавшиеся на протяжении последних 80 лет. Жилые дома в 10-12 этажей и эстакада изменили масштаб территории, а сама Королевская гора стала ниже и превратилась в обычную возвышенность. В результате, по его словам, «место пребывания, которое было на протяжении восьми веков, превратилось в место транзита».

Архитектор Александр Башин показал это на примере двух набережных вокруг острова Канта. Одна из них, по его мнению, оживает на глазах: «Как только [пешеходный “Философский”] мост открылся, появился трафик: люди идут туда, эта часть наполняется горожанами и туристами. А посмотрите на соседнюю часть города. Набережная пустая. Есть хорошие деревья, каштановые аллеи, но людей здесь нет».

В первую очередь архитекторы хотели бы избавиться от транспортного «креста» Ленинского и Московского проспектов, который инициаторы дискуссии называли главным препятствием для любого развития центра. Башин напомнил, что Дом Советов и магистрали — единый комплекс монументального модернизма 1970-х, и сегодня от него остались проблемы без идеи. И без Дома Советов. Осталась только развязка, которая занимает территорию 420 на 120 метров, Московский пр-т шириной 40 метров делит ядро города надвое, а эстакада длиной 700 метров создает «техногенную ситуацию в центре».

Главное предложение архитекторов — опустить Московский пр-т в полутоннель. Это освободит территорию под пешеходное направление север — юг, которое свяжет Нижний пруд, центр, остров Канта и далее Южный парк. Ленинский пр-т предлагается сузить до четырех полос, выделить полосу общественному транспорту, поместить трамвай в центре и максимально озеленить, а эстакаду на подходе к острову Канта заменить двумя опущенными ниже уровня острова мостами. Для отрезающей Нижний пруд от центра ул. Шевченко рассматривают три варианта: сужение до двух полос, локальный тоннель или кардинальное изменение трассировки с мостом через пруд.

Эти решения дополняют новые пешеходные мосты, связь с островом Октябрьским и скоростной трамвай между Северным и Южным вокзалами. Но, как подчеркивают сами авторы, без западного обхода центра, дублера улицы Велосипедная дорога и развязок на подходах разгрузить центр не получится.

Пока же, как отметил Игорь Ли, реконструкция эстакады проектируется в прежних габаритах, а возможно, мост станет даже шире. Это ошибка, считает глава регионального союза архитекторов: “Не должно быть комфортно мне как автомобилисту ехать через центральную часть города».

Отдельный спор — как соединить Нижний пруд с центром. Подземному переходу Игорь Ли предпочитает лестницу: «Тоннель превращает это в пешеходный транзит. Когда есть лестница, это становится событием. Через тоннель мы теряем визуальную связь с озером».

Александр Башин допускает и поэтапный путь: «Даже если мы просто спустим магистраль на землю в районе острова Канта, не меняя категорию, это тоже неплохо. Потом можно пересматривать габариты».

Ничего революционного в этих предложениях нет: идеи высказывались много раз и заложены в обоснование действующего генплана.

«Одним из главнейших мероприятий в части реконструкции центра является пересмотр схемы организации движения с целью отвода и перенаправления транзитных потоков, следующих в настоящее время через центр города, и предоставления режима максимального благоприятствования общественному транспорту. То есть мы не привносим ничего нового. Мы говорим: давайте следовать тому, что сами написали», – пояснил архитектор Игорь Идиатуллин.

Соучредитель экспертного центра «Проектные решения организации дорожного движения», ранее занимавший пост начальника отдела надзора областного управления ГИБДД Николай Потапчук предупредил, что без решения проблемы западного обхода говорить о центре «как о месте, где можно будет погулять с детьми и собаками» не получится. По его словам, у города мало времени: инфраструктурные проекты, включая реконструкцию эстакады, уже на подходе.

«Предложенные варианты, безусловно, имеют право на жизнь, но мы должны понимать, насколько серьезные финансовые затраты потребуются и сколько времени потребуется на их решение. Нужно выйти на какую-то этапность, стадийность. Любое закрытие или попытка исключить движение по Московскому проспекту, будущей велосипедной дороге приведет к коллапсу в городе однозначно», – отметил Потапчук.

Он же предостерег от увлечения одним видом транспорта: «Я тут себе даже словечко такое придумал — «трамваегигантомания». То есть у нас сейчас дискуссии очень сильные идут, складывается впечатление, что трамвай надо вообще по всем улицам, по всему городу построить, и у нас сразу будет всё хорошо и замечательно. Давайте говорить о том, что в концепции и схеме транспорта города должны быть все виды общественного транспорта».

Транспортный эксперт Николай Харитошкин напомнил, что автомобилизация в городе в прошлом году выросла на 3,5 %. По его мнению, без решений о том, как город будет пользоваться ограниченным ресурсом дорог, «наша существующая улично-дорожная сеть не справится, и будущее, даже предложенное вами, не справится». Он предложил взять паузу и учесть не только город, но и агломерацию.

Авторы концепции ответили, что считать интенсивность движения должны транспортные специалисты, а архитекторы задают стратегию и параметры. Категория Московского пр-та не меняется, а пропускная способность, по их оценке, даже растет из-за отсутствия пешеходных переходов.

Что касается туннеля, в который предлагается убрать Московский проспект, то техническая возможность есть, считает Александр Башин. Вопрос упирается только в стоимость работ.

«В Берлине строят и рядом с рекой — есть примеры строительства вокзала в Берлине, когда речку подвинули и разместили там целый объект. Это технический вопрос, ну и вопрос только стоимости. К тому же, когда мы планировали (в ориентировочных отметках) тоннель, он полузаглубленный. Это даже не тоннель, потому что у нас большой перепад территорий. Верхние отметки у нас колеблются от 14 до 20 метров относительно нижних. То есть это будет полутоннель», – пояснил архитектор.

Закрытый тоннель обойдется примерно в 15 млрд руб., открытый вдвое дешевле, и по приблизительной оценке авторов концепции его строительство будет стоить 7-8 млрд руб.. Для сравнения Башин привёл двухъярусные мосты, которые строят сейчас: они стоят 20-30 млрд руб. Поэтому предложение архитекторов он назвал не несбыточным: нужно лишь поверить в проект и захотеть его реализовать.

Решать вопрос, по мнению Башина, нужно сразу и целиком, иначе потом ничего не исправить: «Вначале бы мы убрали этот крест, и потом у нас развязались бы руки на планирование всей этой территории. А с этим крестом мы вынуждены делить центр на четыре части и как-то его сращивать потом. Да никак не срастишь».

В пользу тоннеля Башин привёл зарубежные примеры: в Варшаве тоннель построили еще в 1949 году, а в Дюссельдорфе на месте приречной дороги появилась набережная. В Гданьске и Ярославле магистрали вообще обходят исторический центр стороной.

Идея разбить на месте Дома Советов парк никого из присутствовавших калининградских архитекторов не вдохновляет. В нынешней зеленой пустоте они видят не решение, а продолжение проблемы. Игорь Ли напомнил, что в центральном ядре с озеленением и благоустройством фактически нет людей. Александр Башин показал то же на примере набережной у Московского пр-та: там есть хорошие деревья и каштановые аллеи, но по ним никто не гуляет.

«Все события, связанные с проектированием парка и центра «Россия», — это силовое, волевое, политическое решение, упирающееся в конфликт местных сообществ Калининграда, потому что всё из Москвы идёт и в скрытом режиме. Приказано — будем делать», – сказал Олег Васютин.

Александр Башин также считает, что ни «пустым местом», ни «парковой культурой» сформировать лицо города невозможно. «Лицо города формируется объектами, зданиями, сооружениями общественными, уникальными, в том числе транспортными объектами, мостами. Что взамен? Был красивейший город Кёнигсберг. Взамен что? Пустота. Ничего. «Парк давайте разобьем в центре города». Это наш, как говорится, путь исторический, что ли. Мы предлагаем сформировать этот ответ градостроительный».

По его мнению, прежде чем наполнять гору, нужно ответить на вопрос о смысле: зачем и кто мы на этой территории. Только после этого она наполнится объектами культуры и истории.

О том, каким именно архитекторы видят центр города, на этой встрече говорили лишь предварительно: архитекторы подчеркивали, что речь пока только о транспорте, а вопросы застройки и функций — следующие этапы. Но общая картина вырисовывается. Основные мысли, высказанные Игорем Ли: «Центр как место пребывания, а не транзит», «новый город на старом фундаменте», «центр должен быть синтетическим, в нём должно быть всё».

Это плотная невысокая застройка современной архитектуры, а не реконструкция утраченных зданий. В центре города должна быть площадь, пешеходные улицы с розницей, кафе и ресторанами, музеи, археологические объекты (раскопки Королевского замка, как отметил Башин, «обязаны включить в проект»), связанные с Кантом и Гофманом туристические маршруты, а также ориентация города на воду. Архитекторы изучают опыт Ярославля, Гданьска, Циттау и Гродно: по словам Башина, не нужно придумывать ничего нового, а нужно делать то, что обычно есть в центре любого города. Одно из пожеланий: при сносе домов на Московском пр-те развернуть новые фасадом к реке.

Жилье в самом центре авторы в концепции пока включать не планируют: нормативы на детские площадки и зоны отдыха в плотной застройке соблюсти трудно, а гостиницы и апартаменты более гибки. При этом они признают риск: «Территория должна жить круглосуточно, там должны гореть окна, ходить люди», иначе центр, как в Лондоне, «вымирает».

Не обошлось без критики новодела. Одна из участниц напомнила, что туристы быстро понимают, что Рыбная деревня и Ленинский пр-т — декорации, и Калининград рискует стать «городом однократного посещения». Один из архитекторов согласился: «Есть археологический раскоп, его необходимо сохранить. Но всё, что сверху, должно быть без вранья, заново запроектировано в новых материалах и в новом характере».

Почему обсуждение раз за разом возвращается к схемам 2005 года, эксперты объясняют просто: у города нет того, кто занимался бы стратегическим планированием. Сегодня архитекторы разрабатывают предложения в свободное от работы время и за свои деньги, а с каждым новым губернатором всё начинается заново. Так случилось и с программой «Сердце города»: сменилась власть, программу закрыли, пошла «новая история».

«Градостроительство сроками губернатора невозможно измерить, оно должно столетиями откладываться. Идеальное решение – какой-то институт устойчивого планирования со специалистами», – сказал Олег Васютин.

В качестве образца он привёл институт устойчивого планирования в Казани, где работают около 130 человек. Для Калининграда, по его мнению, нужны орган с бюджетом, целями и стратегией и «хороший бюджет, потому что проектирование — это хорошо оплаченное проектное, это заведомо хороший результат».

О диалоге с властью Игорь Ли сказал так: «Мы стараемся вписываться. Плохо, конечно». Накануне встречи архитекторы виделись с руководством области, и, по его словам, там есть «неподдельный интерес к этой теме». Правда, неподдельный интерес к теме власти высказывают десятилетиями, но пока это не приводит к видимым результатам.

Текст: Калининградский деловой портал RUGRAD
Фото: RUGRAD, предоставлено, концепции проектов центра «Россия» и градостроительной центральной части Калининград