![](/upload/resize_cache/iblock/bac/90_60_2/4a4xyvoiubq1hmljatzrz4e48gok5wg7.jpg)
![](/upload/resize_cache/iblock/bac/90_90_2/4a4xyvoiubq1hmljatzrz4e48gok5wg7.jpg)
Ректору БФУ не помогла грамота от губернатора. У адвокатов возникло много вопросов к показаниям свидетелей о том, как в вузе «аккумулировались» деньги. Репортаж RUGRAD.
Калининградский областной суд оставил ректора БФУ Александра Федорова под стражей. Апелляционная жалоба его защитников, пытавшихся добиться изменения меры пресечения на домашний арест, была оставлена без удовлетворения. Ректора вуза обвиняют в присвоении и растрате (ч. 4 ст. 160 УК РФ). По версии следствия, с 2022 года ректор Александр Федоров составлял приказы на доплаты за интенсивность труда пяти сотрудникам университета. Общая сумма присвоения превысила 18,6 млн руб. Вторым фигурантом данного уголовного дела является проректор БФУ Елена Мялкина.
10 июля Ленинградский районный суд удовлетворил ходатайство следственных органов следствия и заключил ректора БФУ Александр Федорова в СИЗО до 8 сентября. В апелляционной инстанции Федоров участвовал в процессе по видеосвязи, находясь, по всей видимости, в следственном изоляторе. Портал RUGRAD рассказывает, почему ректору не помогла грамота от губернатора и почему у адвокатов столько критических замечаний к свидетельским показаниям.
«Александр Александрович, не могли бы вы закрыть окно? А то музыку слышно….»
После этих слов судьи на экране небольшого телевизора, прикрепленного к стене в зале заседаний, фигура в темной майке и синих джинсах поднялась со скамейки и совершила нехитрые манипуляции, закрывая решетку окна во двор. Так, во всяком случае, виделись эти действия на экране в зале суда. После этого все лишние шумы в видеотрансляции действительно исчезли. Голова фигуры была обрита. Из-за посредственного качества картинки узнать в этом мужчине ректора БФУ им. Канта Александра Федорова можно было только по характерному голосу.
Несмотря на то что Федоров находился в СИЗО уже больше двух недель, на все вопросы он отвечал быстро и лаконично, каждый раз поднимаясь со скамьи, прежде чем озвучить свой год рождения или место временной регистрации в Калининграде. Сбился ректор только однажды, когда судья попросила его назвать дату собственного задержания. Федорову почему-то казалось, что это произошло на день раньше — 7 июля в воскресенье, но вместе с судом он все-таки зафиксировал, что задержание произошло «8 июля сего года».
«Выполнял обязанности ректора Балтийского федерального университета до момента ареста», — ответил Александр Федоров на вопрос судьи о занимаемой должности. За тот срок, что Федоров находится под стражей, ему и второму фигуранту данного дела, проректору Елене Мялкиной, были предъявлены обвинения (до этого момента они находились в статусе подозреваемых), в вузе успели назначить врио ректора, а команда, которая работала с Федоровым еще в Нижегородском государственном педагогическом университете, стала стремительно терять руководящие должности в калининградском учебном заведении. Но Александр Федоров как будто никакого интереса к ходу процесса и не проявлял, всё происходящее переносил стоически, автоматически соглашался с репликами своих адвокатов, даже не стал возражать против фото- и видеосъемки во время процесса и тем более не вступал в дискуссии с представителем прокуратуры.
В апелляционной жалобе защита указывала, что постановление суда первой инстанции не соответствует нормам уголовно-процессуального права, а заключение в СИЗО — излишне суровая мера пресечения, которая нарушает права их доверителя. В жалобе был сделан акцент на том, что следствие не смогло доказать, что Федоров в случае выбора более мягкой меры пресечения сможет оказывать давление на свидетелей, сбежит от правоохранительных органов или продолжит заниматься преступной деятельностью.
В частности, адвокат Анастасия Резникова отметила, что вывод о том, что Федоров может оказывать давление на свидетелей, сделан исключительно со слов самих свидетелей.
«Какие доказательства может уничтожить Федоров, когда проведены обыски, изъяты все документы, опечатан его кабинет, он в него уже не попадет. Находясь под домашним арестом, он в принципе без разрешения следователя не попадет вообще никуда», — подчеркнула она во время процесса.
Свидетельские показания, которые включены в материалы дела, защита охарактеризовала в жалобе как «предположения». Пока в рамках процессов о выборе меры пресечения были частично озвучены показания только трех сотрудников вуза. Адвокат Федорова Олег Полленский в своем выступлении попытался указать на то, что из показаний сотрудников вуза нельзя сделать однозначные выводы о причастности его доверителя к инкриминируемому преступлению.
«Есть такие цитаты [в протоколе]: “Свидетель Баринова (видимо, имеется в виду директор аналитического центра БФУ Наталья Баринова. — Прим. ред.) показывает, что лично с Федоровым не контактировала, при нас кассир выдавала денежные средства Соболь в руки (видимо, руководитель финансово-аналитической службы БФУ Елена Соболь. — Прим. ред.), после чего она несла в приемную Мялкиной, из этого я делаю вывод, что денежные средства предназначены Федорову”. Мы просим, чтобы апелляция дала [показаниям] какую-то оценку. Из этого можно сделать сто миллионов выводов: что эти деньги предназначались Федорову, что деньги предназначались министру образования, заместителю Федорова, кому угодно», — эмоционально заявил адвокат.
К показаниям других свидетелей по данному делу у Олега Полленского тоже возникли критические замечания. В частности, юрист подчеркнул, что к показаниям «возникают вопросы».
«Свидетель Кузнецова (возможно, руководитель группы финансово-экономического сопровождения исполнения бюджета Алена Кузнецова. — Прим. ред.) показывает абсолютно аналогично: “Соболь пояснила, что денежные средства предназначены для Федорова”. Могла пояснить, что для кого-то иного. “Я приходила в кассу ставила ставила свою подпись и уходила. Кто забирал деньги из кассы, я не видела”. У нас возникают вопросы, на сегодняшний день пока без ответа. <...> Видела ли этот, как и предыдущая, вообще Федорова? Видела ли она его в кассе, видела ли она у него деньги? На столе или еще где-то? Что подтверждает причастность этого человека к этому преступлению», — процитировал выдержки из материалов адвокат.
Зачитывая показания Соболь, Олег Полленский попытался сделать акцент голосом на том, что она упоминает вообще другого фигуранта данного дела.
«Свидетель Соболь аналогично, по крайней мере так записано: "Мялкина сообщила мне, Мялкина сообщила (Полленский два раза повторил фамилию второго фигуранта. — Прим. ред.), что для аккумулирования наличных денежных средств требуется создать круг лиц, которым можно доверять. Я поняла, что денежные средства, которые будут выписываться этим лицам, фактически получаться не будут, а предназначены для получения Федоровым". Откуда она это поняла?» — задал риторический вопрос адвокат.
В результате адвокат ректора ходатайствовал о допросе всех трех свидетелей. При этом защита указывала, что допрос свидетелей необходим, чтобы установить, как именно их доверитель может угрожать непосредственно свидетелям и их семьям. В частности, тезис о давлении на свидетелей был одним из доводов стороны следствия о выборе более суровой меры пресечения.
Кроме того, защита указывала на возможные неверные выводы суда первой инстанции при анализе характеристик ректора. Полленский отметил, что в материалы дела включены докторский диплом Федорова, две грамоты — от регионального парламента и губернатора области (видимо, еще от бывшего главы региона Антона Алиханова).
«Это всё, как пишет суд первой инстанции, было исследовано. И по мнению суда, всё это свидетельствует об обоснованности ходатайства следователя и наличии оснований полагать, что в случае избрания более мягкой меры пресечения Федоров может скрыться от органов следствия, оказать давление на свидетелей… Уважаемый суд, трудно подобрать выражения, как мы это можем прокомментировать. Исследуя характеристики, суд приходит к таким выводам. Тогда защите хотелось бы понимать, в каком месте этой характеристики написано, что Федоров когда-то там на кого-то оказывал давление или еще как-то воздействовал на своих сотрудников? Прочитали и ничего похожего не увидели. Как диплом доктора философии и профессора может помочь ему скрыться? Абсолютно абсурдные выводы, которые должны быть исправлены», — настаивал адвокат.
В результате Полленский заявил еще одно ходатайство. На этот раз юрист предложил направить в федеральное Министерство образования и науки запрос на характеристику ректора. «Если в характеристике будет указано, что Александр Федоров склонен к перемене места жительства, был неоднократно пойман на каких-то правонарушениях, за что-то привлекался, неоднократно ему объявлялись порицания, вызывался на совещания, но на них не являлся и вообще, возможно, склонен, к побегам, то тогда не будет никаких сомнений, и мы этот вопрос (о выборе меры пресечения. — Прим. ред.) не будем поднимать», — заявил защитник.
Впрочем, оба ходатайства суд отклонил. Против их удовлетворения возражала и представитель прокуратуры, которая принимала участие в процессе.
«Правовых оснований для вызова свидетелей не имеется. Характеристики Федорова есть в деле. Не вижу оснований повторно их исследовать. Что касается запроса, то так же оснований нет. Положительные характеристики учтены», — заявила представитель надзорного ведомства.
Защита также указывала, что у Федорова в регионе есть недвижимость, где он мог бы отбывать домашний арест (на процессе в суде первой инстанции упоминался купленный в ипотеку дом). В качестве довода защита упоминала и некие «устойчиво-семейные связи» ректора. Помимо этого, адвокаты указывали, что им до сих пор неизвестно, кого признали потерпевшим по данному делу (мнение потерпевшего может учитываться при выборе меры пресечения). Но суд в результате оставил жалобу защиты без удовлетворения, а постановление суда первой инстанции — без изменений.